Фамилия Амрулаев, как и многие фамилии на -ев, образована от личного имени. Её основа — сложное мужское имя, которое в исламской традиции передают как Амрулла или Амир-Алла. Первая часть имени восходит к одному из двух арабских корней: либо к имени Амер (от арабского «живущий»), либо к Амир («предводитель», «повелитель»). Вторая часть — компонент -ул — это искажённая форма арабского слова «Аллах» («бог»). Таким образом, имя в целом могло означать либо «живущий с Богом», либо «повелитель, данный Богом», что типично для мусульманских теофорных имён, где имя Всевышнего выступает как благословение или посвящение.

Словообразовательная модель здесь классическая для тюркских и кавказских фамилий: к основе, оканчивающейся на согласный, добавляется русский суффикс -ев, указывающий на принадлежность («сын Амруллы»). Фамилия оформлена по русскому образцу, что говорит о её появлении в период, когда народы Северного Кавказа и Закавказья активно входили в состав Российской империи и получали фамилии, адаптированные к русской грамматике.

Региональная привязка фамилии Амрулаев — преимущественно Кавказ, особенно Дагестан и Чечня. В этих краях имя Амрулла (или Амир-Алла) встречается у разных народов, но чаще всего у лезгин, аварцев и кумыков. В отличие от чисто арабских фамилий, которые могли принести с собой религиозные деятели, Амрулаев — фамилия оседлая, закреплённая за конкретными родами.

Стоит отметить, что в некоторых диалектах имя могло звучать как Амрула, без удвоения «л», что и отразилось в написании фамилии. Встречается также вариант Амруллаев — с двойной «л», но он менее распространён. Разница в написании не меняет этимологии, а лишь показывает, как имя записывали в метриках или паспортах в XIX — начале XX века.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, такими как Амиров или Амерханов, то Амрулаев стоит особняком: в ней нет тюркского компонента (вроде «хан» или «бек»), а есть прямое обращение к Богу, что делает её ближе к чисто арабским теофорным именам, но с русским суффиксом. Это редкое сочетание, указывающее на глубокую религиозную традицию в основе фамилии, но при этом на её бытовое, а не книжное происхождение.