Фамилия Айдапкелов — один из тех редких случаев, когда прозвище перешло в фамилию почти без изменений, сохранив свою исходную форму. Её основа — тюркское прозвище Айдапкел, которое представляет собой целую фразу-побуждение. Оно состоит из двух корней: «айдап» (от глагола «айдау» — гнать, подгонять, заставлять идти) и «кел» (приходи, иди). В буквальном переводе это звучит как «гони, приходи» или «подгоняй, иди». Скорее всего, так могли окликнуть человека в минуту нетерпения или дать в насмешку тому, кто вечно медлил и требовал постоянного понукания.

Словообразовательная модель здесь проста: к тюркской основе Айдапкел добавили русский фамильный суффикс -ов. Для тюркских фамилий это типично — суффикс прибавляется прямо к основе без дополнительных изменений. Нетипично другое: исходное прозвище — не имя и не название профессии, а целая фраза-побуждение. В русской ономастике такие «глагольные» фамилии встречаются (вроде Найденов или Поздняков), но для тюркского субстрата это редкость: чаще основой служат личные имена (Ахметов) или названия занятий (Егембердиев).

По географии фамилия тяготеет к регионам, где пересекались русская административная система и казахские или башкирские роды: южный Урал, Оренбуржье, северный Казахстан. В дореволюционных метрических книгах она почти не встречается — возможно, потому что её носители были из крестьян или казаков, а фиксация фамилий у тюркского населения шла с запозданием и часто с искажениями. Никаких дворянских родов или известных исторических фигур с этой фамилией не прослеживается — это типичная «народная» фамилия, закрепившаяся за одним родом в XIX веке, когда крестьян начали массово вносить в ревизские сказки.

Сравнение с однокоренными вариантами (Айдапкелов, Айдапкулов) показывает, что написание с буквой «е» во втором слоге — более поздняя русификация: в тюркских языках гласная здесь редуцированная, и на слух её могли записать по-разному. При этом сама конструкция прозвища уникальна: в ономастических трудах, например в работах Б. Унбегауна по русским фамилиям, такие глагольные формы из тюркских языков почти не описаны. Это делает фамилию Айдапкелов редким примером того, как бытовая речь и административный учёт XIX века зафиксировали живую фразу, ставшую родовым именем.