Фамилия Бадреддины — редкий пример того, как восточное личное имя превратилось в русскую фамилию, почти не изменив своей формы. В её основе лежит мужское тюркское имя Бадретдин, которое пришло из арабского языка и означает «полная луна религии» (от бадр — «полная луна» и дин — «вера, религия»). Это сложное имя с поэтической метафорой: полная луна в исламской культуре — символ ясности, красоты и божественного света, поэтому имя обещало носителю духовное сияние.

В русском обиходе имя Бадретдин превратилось в фамилию Бадреддины благодаря типичному для восточных заимствований приёму: к основе на согласный добавили русский фамильный суффикс -ин. Такая модель (Имя + -ин) в XV–XVII веках была обычной для фамилий, которые давали выходцам из Золотой Орды, татарским мурзам и служилым людям тюркского происхождения. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «Бадреддины» буквально значило «дети (или люди) Бадреддина».

Корни фамилии, скорее всего, уходят в среду ордынской знати или купечества, переходившего на службу к московским князьям. В XV–XVII веках многие нерусские дворяне сохраняли свои родовые имена, а затем закрепляли их как фамилии, входя в состав русского служилого сословия. Поэтому Бадреддины, вероятно, были не простыми крестьянами, а людьми, имевшими определённый социальный статус — военным или административным.

Точное место и время появления фамилии можно установить только через генеалогические разыскания: в архивах могут найтись записи о конкретном Бадреддине, который в XVI веке получил поместье или упоминается в разрядных книгах. Но уже сейчас ясно, что фамилия — живой памятник контакту славянской и тюрко-арабской культур, где исламское имя обрело русское фамильное окончание, не потеряв своего первоначального смысла.