Фамилия Банышевская — редкий случай, когда географическая привязка почти наверняка перевешивает прозвищную основу. Суффикс -ск- и окончание -ая выдают в ней типичную польскую или западнорусскую «дворянскую» модель: так образовывали фамилии от названий поместий, усадеб или местечек. Владелец такого имения или его наследники получали прозвание по топониму, а затем оно закреплялось за потомками. В русской традиции фамилии на -ский долго оставались маркером шляхетского или духовного сословия, хотя к XIX веку могли встречаться и у крестьян, переселенных из западных губерний.

Корень «Баныш-» — самый спорный элемент. Проще всего предположить, что в основе лежит тюркское слово «баныш» (мир, примирение, прощение) или его диалектные варианты. В южнорусских и украинских говорах «баныш» иногда означало мелкую монету, побор или даже название ремесленного инструмента. Однако более правдоподобная версия — что перед нами искаженное «Банишев» или «Баниш» от польского banić (купать, парить). В таком случае предок мог жить в селе с названием Банишево или Банышево, а фамилия просто сместила ударение и изменила гласную при переходе в русскую письменность.

Обратите внимание на двойной суффикс: -ев- и -ск-. Это не редкость для западнорусских фамилий, где к основе на -ев/-ов добавляли формант -ский, чтобы подчеркнуть владельческий характер. Сравните с фамилиями Барановский, Поповский, Кузнецовский — все они образованы по одной схеме: отчество или прозвище на -ов превращается в прилагательное на -ский. Значит, Банышевская буквально означает «относящаяся к Банышеву» или «из рода Банышевых».

Если отбросить топонимическую гипотезу, остается вариант, что «Баныш» — это прозвище. В польском языке banić значит «гнать самогон» или «парить в бане», поэтому прозвище Баныш могли дать броварнику, банщику или просто любителю попариться. Но для фамилии на -ский такая прямая профессиональная основа встречается реже: обычно прозвища оседали в форме на -ов/-ев, а -ский добавляли уже к ним.

В любом случае, носительница фамилии Банышевская может с высокой вероятностью искать корни в западных областях России, Беларуси или восточной Польше. Точная локализация потребует работы с картами и метриками: в гродненских, минских или виленских архивах могли сохраниться записи о деревнях с похожим названием. Фамилия нечастотна, поэтому даже одна находка в ревизской сказке или исповедной ведомости может закрыть вопрос о происхождении.