Фамилия Баронко — редкий случай, когда прозвище или титул перешли в фамилию не через стандартные русские суффиксы, а через украинскую или белорусскую уменьшительно-ласкательную модель. Основа здесь — «барон». В дворянской среде фамилий от этого слова почти не возникало: титул был слишком высок, чтобы стать уличным прозвищем. А вот в крестьянской и казачьей среде «бароном» могли прозвать человека за важную осанку, медлительность или, наоборот, за насмешку — если он пытался держаться свысока, хотя был простого рода.

Суффикс -к(о) характерен для украинских, реже белорусских и южнорусских фамилий. Он придаёт слову уменьшительный или фамильярный оттенок. Баронко — это буквально «маленький барон» или «барончик». В отличие от русских фамилий на -ов/-ев (Баронов), которые говорят о принадлежности («сын барона»), форма на -ко закрепляет личное прозвище. То есть предок был не потомком титулованной особы, а человеком, которого в селе звали Баронко — и это прозвище закрепилось за его детьми уже как фамилия.

Географически фамилия тяготеет к западу: чаще всего встречается в исторических записях на территории современной Западной Украины, в Беларуси и в пограничных с Польшей областях. Там же, где польская шляхта имела титулы, а местные крестьяне с иронией или уважением перенимали их прозвища. В России Баронко — фамилия редкая, и её носители, скорее всего, потомки переселенцев с запада.

Словообразовательный аналог — фамилия Князько. Там та же модель: титул + уменьшительный суффикс. И там же тот же смысл: не княжеский род, а прозвище простого человека. В некоторых говорах «барон» могло означать не только титул, но и зажиточного, важного мужика — местного богатея. Так что Баронко могло быть и нейтральным прозвищем по достатку, без иронии.

В документах фамилия могла писаться по-разному: Баронко, Баранко (под влиянием «баран») или с окончанием -ка (Баронка). Но вариант с «о» на конце — исконный, поскольку в украинском языке окончание -ко не склоняется по падежам как женское, а остаётся неизменным. Так что происхождение фамилии — не в титулованном предке, а в живом народном прозвище, которое закрепилось на юго-западе славянского мира.