Фамилия Белионков — один из тех случаев, когда за внешне прозрачной основой скрывается редкая словообразовательная модель. На первый взгляд корень «бел» намекает на что-то белое, светлое, но суффикс «-онк-» выбивается из стандартного ряда русских фамилий. В русской ономастике суффикс «-онк-» (в фамилиях часто встречается в форме «-онко») характерен для украинской модели фамилий: Шевченко, Коваленко, Бондаренко. Однако в фамилии Белионков мы видим двойную обработку: к украинскому суффиксу «-онк-» добавлен русский патронимический суффикс «-ов». Это говорит о том, что фамилия формировалась на стыке двух культур — вероятно, на территории, где украинские прозвища адаптировались под русскую фамильную норму.

Основа «Белионк-» восходит к прозвищу или уменьшительному имени Белионко. Что оно могло означать? Самая прямая версия — от прилагательного «белый»: так могли называть светловолосого, бледнолицего человека или того, кто носил белую одежду (например, мельника, пекаря, известковщика). В украинских говорах слово «білий» имело и переносные значения — «чистый», «добрый», «благородный». Менее вероятно, но возможно, что в основе лежит неканоническое имя Бела (славянское имя, означающее «белый»), которое в уменьшительной форме дало Белионко.

С географической точки зрения фамилия Белионков редкая и локальная. Основной ареал — южные регионы России и восток Украины (Белгородская, Курская, Ростовская области, Харьковщина). Это объясняется историческим притоком украинских крестьян на русские земли в XVII–XIX веках: их прозвища и фамилии на «-онко» нередко русифицировались добавлением «-ов» при записи в ревизские сказки или метрические книги. Таким образом, носитель фамилии Белионков — потомок выходца с Украины, прозванного Белионко за внешность или занятие, чью фамилию в итоге «одомашнили» по русскому образцу.

Интересно, что фамилия Белионков стоит в одном ряду с такими же двойными формами, как Коваленков (от Коваленко), Шевченков (от Шевченко), Бондаренков. Все они — свидетельство того, как языковые границы стирались в повседневной жизни, а фамилия становилась мостом между двумя традициями именования.