Фамилия Белогруда — редкий пример прозвища, которое перешло в фамилию без изменений, без типичных суффиксов -ов или -ин. Она сохранила форму именительного падежа, что характерно для украинской и белорусской ономастики, а также для некоторых западнорусских говоров. Поэтому первое, что бросается в глаза: корни фамилии, скорее всего, не великорусские, а с запада или юго-запада бывшей Российской империи.

Основа прозвища — словосочетание «белая грудь». Самая прямая версия: так называли человека с очень бледной, белой кожей. Это могла быть отличительная черта, бросавшаяся в глаза в крестьянской среде, где люди много работали под солнцем. Но не стоит сводить всё к цвету кожи. Белый цвет в народной культуре — символ чистоты, непорочности, святости. Поэтому Белогрудой могли прозвать не только за внешность, но и за безупречное поведение, открытость или даже за то, что человек носил светлую, белую рубаху — признак опрятности или достатка.

Есть и более бытовая версия: прилагательное «белый» в говорах нередко означало «седой». В таком случае прозвище могло относиться к пожилому человеку с седой грудью, то есть с седыми волосами на груди. Впрочем, эта гипотеза менее убедительна: обычно седину обозначали иначе, а «грудь» в прозвище чаще указывает именно на часть тела, а не на волосяной покров.

С точки зрения словообразования фамилия стоит особняком. Она не вписалась в общерусскую модель на -ов/-ев, где Белогрудов было бы логичным вариантом. Сохранение формы Белогруда указывает на то, что прозвище закрепилось как фамилия в среде, где такие «голые» основы — норма: у украинцев, белорусов или в южнорусских регионах. Однокоренные фамилии — Белогрудов (русифицированный вариант) и Белогруд (польский или белорусский след) — встречаются, но гораздо реже.

Сословной привязки у фамилии нет: прозвище могли дать и крестьянину, и мещанину. Но сам характер прозвища — описательный, по внешнему признаку — типичен для простонародной среды, где фамилии складывались из уличных кличек. Значение «изнеженный человек» или «белоручка» тоже имеет право на существование: белая грудь могла ассоциироваться с человеком, не занятым тяжёлым физическим трудом. Однако эта версия менее популярна у исследователей.

Таким образом, фамилия Белогруда — не переосмысленная метафора, а прямое прозвище, застывшее во времени. Её носитель мог выделяться цветом кожи, привычкой к чистой одежде или безупречной репутацией. А форма без суффикса выдаёт в ней выходца из украинских, белорусских или пограничных русских земель, где такие фамилии не переделывали на общерусский лад.