Фамилия Бербин — редкий случай, когда суффикс -ин указывает не на принадлежность отцу (как в Иванов — сын Ивана), а на прозвище, застывшее в притяжательной форме. В основе лежит слово «берба» или «бербень», которое в русских говорах означало нечто грубое, корявое, неровное. В словаре Владимира Даля «берба» — это заусеница на дереве, сучок или неровность на доске. Человека с таким прозвищем могли назвать за внешнюю несуразность, угловатость фигуры или резкий, шероховатый характер.

Версия с тюркским корнем менее убедительна, но имеет право на существование. В татарском языке «бер» — один, а «бир» — дай, откуда могло сложиться прозвище Берби (Бирби) — «дай одного» или «единственный». Однако фонетика фамилии Бербин ближе к славянским говорам: суффикс -ин в русских фамилиях чаще крепится к основе с мягким или шипящим окончанием, что характерно для прозвищного происхождения.

Географически фамилия привязана к северным и центральным областям России — Вологодчине, Костромской и Нижегородской губерниям, где слово «берба» было в ходу у плотников и лесорубов. Предок Бербина мог быть не просто крестьянином, а мастером по дереву, которому дали кличку за то, что он оставлял на изделиях заусенцы (бербы), либо, наоборот, за умение их убирать — прозвища часто давались по профессиональной черте, а не по недостатку.

Интересная деталь: в некоторых переписных книгах XVII века встречается вариант Бербины — через «и», что указывает на множественное число от прозвища (семья Бербиных). Со временем ударение сместилось на второй слог, и фамилия закрепилась в форме Бербин, хотя в говорах до сих пор можно услышать Бербина с ударением на первый слог. Это один из тех случаев, когда литературная норма победила диалектное произношение, но не до конца.