Фамилия Биндаревы — редкий пример того, как народная фонетика перекроила название древнего ремесла. В её основе лежит прозвище Биндарь, которое большинство исследователей считает диалектным вариантом слова «бондарь». Бондари, или бочары, делали бочки, кадки и другую деревянную тару — ремесло было настолько распространено в старину, что фамилии от него встречаются повсеместно (взять хотя бы распространённых Бондаревых). Но почему «бондарь» превратился в «биндаря»? Скорее всего, здесь сказалось аканье и влияние мягкого «н»: в некоторых говорах «бондарь» звучало как «б’индарь», и это произношение закрепилось в прозвище, а затем и в фамилии.

Есть и другая, менее вероятная версия — связь с чешским словом benda («лента», «тесьма», «цепь»). Если принять эту гипотезу, основатель рода мог быть не бондарем, а ремесленником, работавшим с верёвками или цепями. Но здесь возникает вопрос: зачем носителю русского языка заимствовать чешское слово для прозвища, когда под рукой было своё, понятное «бондарь»? Поэтому версия с бондарем выглядит правдоподобнее — она проще и вписывается в типичную модель образования русских фамилий от названий профессий.

Фамилия Биндарев закрепилась в форме притяжательного прилагательного с суффиксом -ев: «чей?» — Биндарев, то есть сын Биндаря. По этой же модели возникли тысячи русских фамилий — от Кузнецова до Плотникова. Суффикс указывает на то, что фамилия сформировалась в среде, где было принято называть человека по отцу, а не по месту жительства или внешности.

О точной географии и времени появления фамилии Биндаревы говорить сложно. Она не относится к числу широко распространённых, и это наводит на мысль, что её носители могли быть сосредоточены в определённой местности — возможно, в южнорусских или белорусских говорах, где аканье и смягчение согласных особенно заметны. В любом случае, фамилия сохранила живую память о предке-ремесленнике, чьё прозвище обкаталось языком до неожиданного звучания.