Фамилия Биржевой — одна из тех, что прямо указывает на род занятий предка. В отличие от большинства «профессиональных» фамилий (Кузнецов, Мельников, Плотников), она образована не от названия ремесла, а от места службы или специфической должности. Основа — слово «биржа» в его старом, дореволюционном значении: место оптовой торговли, финансовых и коммерческих сделок. Суффикс -евой (вариант -овой) в русских фамилиях встречается реже, чем стандартные -ов/-ев, и часто указывает на принадлежность к месту или учреждению (ср. Дворовой, Подворный). Биржевой — буквально «тот, кто при бирже», «биржевой служащий».

Кем именно был носитель этой фамилии, сказать сложно, но круг профессий очерчен довольно четко. Биржевой мог быть маклером — посредником при заключении сделок, оценщиком товаров, писарем при биржевом комитете или даже сторожем при биржевом здании. В XIX веке в крупных торговых городах — Петербурге, Москве, Одессе, Нижнем Новгороде — существовал целый штат чиновников и служителей при биржах. Фамилию могли дать не самому купцу или банкиру, а человеку, который обслуживал этот механизм: вел учет, следил за порядком, оформлял документы.

Интересная деталь: фамилия Биржевой почти не встречается в центральных губерниях, где преобладали аграрные фамилии. Её география — это города с развитой торговлей, порты и ярмарочные центры. В этом смысле она родственна фамилиям Гостинодворский или Ярмарочный, но отличается от них тем, что закрепилась именно за «конторским» человеком, а не за торговцем. В советское время фамилия не исчезла, хотя её первоначальный смысл стерся: биржи труда в СССР не ассоциировались с дореволюционной коммерцией.

Встречаются варианты написания с ударением на последний слог — Биржево́й, что характерно для фамилий-прилагательных (ср. Толстой, Блажной). В некоторых документах XIX века фамилию могли записать как Биржев, отбрасывая окончание -ой по аналогии с более частотными моделями. Но форма Биржевой сохранилась именно как прямая отсылка к должности, без переосмысления в «сына биржевика». Это редкий случай, когда фамилия не «застыла» в родительном падеже, а осталась в именительном — как прозвище-характеристика.