Фамилия Богословец — редкий пример того, как церковное звание стало прозвищем, а затем и фамилией. В отличие от распространённых Попов или Пономарёв, эта фамилия образована не от названия должности, а от книжного, почти учёного слова «богослов». В Древней Руси так называли не любого священника, а человека, сведущего в богословии, толкователя Священного Писания, часто начётчика или учителя при храме. Прозвище Богословец могли дать грамотному дьячку, монаху или мирянину, который вёл духовные беседы и пользовался авторитетом за знание текстов.

Словообразовательная модель проста и прозрачна: основа «богослов» плюс уменьшительно-ласкательный или, точнее, определительный суффикс «-ец». В русских фамилиях суффикс «-ец» часто указывает на носителя признака или на происхождение (ср. Молодец, Купец, Ленивец). В данном случае «Богословец» — это «тот, кто является богословом», а не сын богослова. То есть фамилия по сути закрепила личное прозвище, а не отчество.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и украинским землям, где была сильна традиция прозвищ на «-ец» (например, Бондарец, Ковалец). В центральных и северных губерниях чаще образовывали фамилии на «-ов» (Богословов) или «-ский» (Богословский). Богословец — вариант более архаичный и прямой, без дополнительного «фамильного» суффикса, что говорит о его раннем закреплении в крестьянской или казачьей среде, где меткое прозвище становилось родовым именем.

Интересно, что фамилия Богословец почти не встречается в дворянских родословных книгах. Это фамилия духовного сословия, но не высшего клира, а скорее приходского уровня. Если предок носителя был священником, то его могли назвать Богословцем в насмешку или с уважением — за учёность, которая выделяла его среди других сельских батюшек. В любом случае, фамилия указывает на человека, для которого слово и знание были делом жизни.