Фамилия Брутов стоит в ряду так называемых искусственных, или семинаристских, фамилий. Их в XVIII–XIX веках массово придумывали в духовных училищах и семинариях для учащихся, у которых до того были только прозвища или фамилии, считавшиеся неблагозвучными. Исходный материал брали откуда угодно: из названий растений, городов, античной мифологии и истории. В данном случае основой послужило имя римского политического деятеля Марка Юния Брута (85–42 годы до н. э.) — того самого, который, согласно преданию, одним из первых нанёс удар кинжалом Юлию Цезарю.

Словообразовательная модель здесь простая, хотя и нестандартная для русского языка. Суффикс -ов обычно присоединяется к основам мужского рода (Иван → Иванов, кузнец → Кузнецов). Но имя «Брут» — мужского рода, а фамилия Брутов образована по той же аналогии, что и, скажем, Розов от слова «роза» (женского рода) — то есть вопреки грамматической логике, но в рамках семинарской традиции, где важнее была узнаваемость исходного понятия, нежели строгое следование правилам.

Почему ученик мог получить такую фамилию? Версий несколько. Самая прямая: он отлично знал историю Древнего Рима и блестяще ответил на уроке. Вторая, более игровая: семинарист участвовал в шутливом «заговоре» против кого-то из наставников, и товарищи закрепили за ним прозвище Брут, которое потом превратилось в официальную фамилию. Напомним, что исторический Брут сначала поддерживал Помпея, после его поражения при Фарсале (48 год) был прощён Цезарем и даже назначен наместником в Цизальпинскую Галлию, а затем претором в Риме. Но именно он возглавил заговор 44 года, после убийства Цезаря бежал из Рима и вместе с Кассием возглавил республиканцев в борьбе против второго триумвирата (Октавиана, Антония и Лепида). Власть заговорщиков распространялась на Македонию, Грецию, Малую Азию и Сирию, но после поражения при Филиппах осенью 42 года Брут покончил с собой.

Фамилия Брутов — не единственная в своём роде. Семинаристы получали имена Цезарев, Помпеев, Катонов, что создавало целый пласт «античных» русских фамилий, никак не связанных с родом занятий или местом жительства предков. Такие именования — не генеалогический ключ к крестьянскому или дворянскому прошлому, а скорее указатель на образовательную среду, в которой фамилия была дана. Встретить Брутовых можно было в среде духовенства, причём не обязательно в столицах: искусственные фамилии раздавали в семинариях по всей России, от Ярославля до Иркутска.