Фамилия Брутская — редкий случай в русской ономастике, где книжное, искусственное происхождение сочетается с возможной топонимической основой. В первом случае фамилию давали в семинарской или духовной среде: от имени римского политика Марка Юния Брута (85–42 гг. до н. э.), одного из главных участников заговора против Юлия Цезаря. Прозвище Брут мог получить ученик, который блестяще ответил урок по истории Рима или, напротив, участвовал в шутливом «заговоре» против наставника. В семинариях такие прозвания давали легко, по случайному поводу, и они закреплялись как фамилии.

Вторая версия ведет к реальному географическому объекту — селу Брутово во Владимирской области. Если предок Брутских родился или жил в этом населенном пункте, фамилия могла образоваться по модели «из Брутова — Брутский», то есть как указание на выходца из определённого места. Такая модель с суффиксом -ск- типична для дворянских и географических фамилий, но встречается и у крестьян, переселившихся из одного села в другое.

Обратите внимание на окончание -ая: это женская форма фамилии, указывающая, что в исходном виде фамилия звучала как Брутский. Такое окончание характерно для южнорусских и украинских говоров, а также для фамилий, записанных в женском роде в документах. Мужская форма — Брутский — встречается реже, но именно она является исходной.

Фамилия Брутская не принадлежит к массовым, и её носители, скорее всего, связаны либо с духовным сословием (через семинарское прозвище), либо с владимирскими землями. Точное выяснение требует обращения к метрическим книгам и ревизским сказкам, но обе версии имеют под собой историческую почву.