Фамилия Булашевич — одна из тех, где за привычным славянским суффиксом скрывается неочевидная основа, и разобраться в её происхождении можно только через призму прозвища. В центре этой фамилии — прозвище Булаш, а суффикс «-евич» указывает на типичную восточнославянскую модель отчества: Булашевич буквально означает «сын Булаша». Такая форма была распространена в основном на землях современной Беларуси и Украины, а также в западных регионах России, где патронимические фамилии на «-ич» встречались чаще, чем на севере или востоке.

Само прозвище Булаш неоднозначно, и исследователи предлагают как минимум два объяснения. Первая версия отсылает к этнониму: булашами называли народ, живший в Приенисейском крае, к востоку от Туруханска. Если это так, то прозвище Булаш могло указывать на национальную принадлежность или на место, откуда пришёл человек. В таком случае фамилия Булашевич — редкий пример, когда в основе лежит не тюркское или славянское имя, а сибирское этническое название, что делает её особенно интересной с точки зрения географии расселения.

Вторая версия выводит прозвище из тюркского корня. Слово «bulașici» в ряде тюркских языков означало «горячая вода для мытья посуды», а в переносном смысле — «грязный, нечистый». Отсюда Булашем могли прозвать мойщика посуды (по роду занятий) или неопрятного человека (по характерной черте). Эта гипотеза выглядит правдоподобнее: тюркские заимствования в русских прозвищах — явление массовое, и Булаш вписывается в ряд таких прозвищ, как Балаш, Булат, Буран. Кроме того, суффикс «-аш» в тюркских прозвищах не редкость, он придаёт слову уменьшительно-пренебрежительный оттенок.

Интересно, что фамилия Булашевич не имеет широко известных однокоренных вариантов вроде Булашов или Булашин — это говорит о её локальном бытовании. Скорее всего, она закрепилась в одной местности, где прозвище Булаш стало наследственным, а затем превратилось в фамилию по отчеству. Географически её стоит искать в западных областях, где модель на «-евич» была нормой, а не исключением. В официальных документах XIX века такая фамилия могла встречаться среди мещан или крестьян, но точных данных о сословной принадлежности нет — слишком редкая.