Фамилия Чайнов — один из тех случаев, где на первый взгляд прозрачная основа обманчива. Если вы подумали о чае, то отчасти правы, но не торопитесь записывать предка в чаеторговцы. Слово «чай» пришло в русский язык довольно поздно, в XVII веке, и фамилии от него (Чайников, Чаев, Чайкин) встречаются, но Чайнов строится по другой модели.

Ключ к разгадке — суффикс -нов. В русской антропонимии он почти всегда указывает на основу, оканчивающуюся на -н. То есть исходное прозвище или имя звучало как Чайн или Чайна. Самая вероятная версия: в основе лежит диалектное слово «чайка» — так в некоторых говорах называли не птицу, а… болтуна, пустомелю или человека, который любит «чаёвничать», то есть подолгу болтать за чаем. В северных и сибирских говорах «чайкать» означало «калякать, пустословить». Прозвище Чайна могли дать словоохотливому, общительному человеку, а его потомки стали Чайновыми.

Менее распространённая, но возможная версия — связь с тюркскими корнями. У башкир и татар встречается имя Чайн (в значении «искренний, верный»). В районах активного русско-тюркского контакта (Поволжье, Приуралье) такая основа могла войти в русскую фамилию через суффикс -ов. Однако для фамилии Чайнов эта гипотеза слабее: суффикс -нов здесь лишний, если бы имя было Чай, получился бы Чаев.

Географически фамилия редкая, с заметным пятном в Вологодской, Архангельской областях и в Сибири — именно там, где диалектное «чайкать» было в ходу. Сословного барьера у Чайновых не было: прозвище могли дать и крестьянину, и мещанину. В документах XVIII–XIX веков фамилия встречается в форме Чайновъ, что подтверждает её позднее оформление (не раньше середины XVII века, когда закрепилась модель отчества на -ов).

Таким образом, скорее всего, ваш предок был не чайным магнатом, а просто человеком, который любил поговорить. В этом нет ничего зазорного: в традиционной культуре болтунов не осуждали, а ценили как рассказчиков и хранителей новостей.