Фамилия Чихрамов — редкий случай, когда в основе лежит не имя и не профессия, а, скорее всего, звукоподражательное прозвище. Она образована по стандартной патронимической модели с суффиксом -ов, который в русских фамилиях означает «сын» или «потомок» человека, носившего исходное прозвище. Ударение, судя по произношению, падает на второй слог: Чихра́мов.

Корень здесь — «чихр-». Наиболее вероятная версия связывает его с глаголом «чихать» и его диалектными вариантами. В русских говорах слово «чихря» или «чихра» могло означать человека, который часто и громко чихает, либо того, кто говорит с присвистом, «чихает» словами. Так могли прозвать либо обладателя слабого здоровья и привычки чихать к месту и не к месту, либо, наоборот, человека с характерной манерой речи — например, картавого или шепелявого. В этом смысле фамилия Чихрамов стоит в одном ряду с такими же «звуковыми» фамилиями, как Чихов, Чихачёв или Чиханов.

Менее распространённая гипотеза выводит основу из тюркских языков, где корень «чих» мог означать «рубеж» или «границу», но для фамилии Чихрамов это объяснение выглядит натянутым — суффикс -ам- нехарактерен для русской адаптации тюркских прозвищ. Куда правдоподобнее, что перед нами чисто славянское прозвище, закреплённое за конкретным родом.

Географически фамилия тяготеет к центральным и южным регионам России, особенно к Рязанской и Тамбовской областям, где диалектное слово «чихря» фиксируется этнографами. Встречается она редко, поэтому носители Чихрамовых, скорее всего, происходят из одного или нескольких соседних сёл, где прозвище закрепилось за целой ветвью крестьян. Сословно это однозначно крестьянская фамилия: дворянских родов с такой фамилией история не знает, и в дореволюционных списках она не встречается среди купечества или духовенства.

Таким образом, Чихрамов — это «сын Чихры», то есть потомок человека, получившего прозвище за особенность чихать или говорить с присвистом. Фамилия держится на живом, бытовом наблюдении, и в этом её ценность как языкового свидетельства: она сохранила диалектное слово, которое в современном русском языке почти исчезло.