Фамилия Добрынина — одна из тех, что хранит память о личном качестве предка. В её основе лежит прозвище или древнерусское имя Добрыня. Слово «добрый» в старину означало не только отзывчивость и чуткость — так говорили о человеке видном, полном, белотелом. Поэтому Добрыней могли назвать и за характер, и за внешность: полного, основательного человека, чья стать говорила о достатке и социальном положении.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?» — Добрынин). Это типичный патроним, который закрепился за потомком человека по имени или прозвищу Добрыня. Давая ребёнку такое имя, родители желали ему расти добрым, совершать «добрые деяния» — имя было распространённым в древнерусской среде, о чём свидетельствуют записи в «Ономастиконе» С.Б. Веселовского.

Интересная деталь: фамилия Добрынина стоит в ряду однокоренных — Добрынин, Добрынкин, Добрынский. Но форма на -ина выдаёт женскую линию или принадлежность к роду по женской ветви, что реже встречается в старых документах. В русской традиции именно так записывали дочерей и вдов: «Марья Добрынина» — дочь или жена Добрыни.

Среди известных носителей — Борис Фёдорович Добрынин (1885–1951), географ и геоморфолог, автор трудов по физической географии, и Владимир Алексеевич Добрынин (1895–1978), конструктор авиационных двигателей. В 1930-е годы он обеспечивал подготовку моторов для беспосадочных перелётов экипажей Чкалова и Громова. Так фамилия, начавшись с прозвища доброго или дородного человека, вышла в большую науку и авиацию.