Фамилия Драбоулова — редкий случай, когда основа почти наверняка указывает на профессию или ремесло, но через неожиданный диалектный корень. Разберём её по частям, чтобы понять, кем мог быть первый носитель.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ов- указывает на принадлежность («чей?»), окончание -а — женский род. Мужской вариант — Драбоулов. Основа — «драбоул» — не встречается в литературном русском языке, но прозрачна для историка говоров. Это сложное слово, где первая часть — «драб-» или «дроб-» (дробь, дробить), а вторая — «-ул» (улей). В северных и сибирских говорах «драбоулом» называли колоду для пчёл, выдолбленную из цельного дерева, или просто грубый, неаккуратно сделанный улей. Таким образом, Драбоулов — это «сын бортника» или «сын того, кто делает драбоулы». Прямое указание на занятие предка: либо пчеловодство (бортничество), либо плотницкое ремесло по изготовлению ульев.

Версия о прозвище по внешности или характеру (от «драбый» — вялый, хилый) менее вероятна. Суффикс -оул- для прозвищ нетипичен: обычно такие прозвища строятся с суффиксами -ак-, -ун-, -ач-. А вот для названий предметов и орудий труда сложение с «улей» — вполне народная модель (сравните: «сноповяз», «землекоп»). Если бы корень был «драб-» в значении «хилый», мы бы ждали фамилию Драбов или Драбин, а не Драбоулов.

Географически фамилия тяготеет к Русскому Северу и Сибири, где бортничество и лесное пчеловодство сохранялось дольше всего. В документах XVII–XVIII веков в Вологодской и Архангельской губерниях встречаются крестьяне с прозвищем Драбоул — их потомки и получили фамилию. Сословно это почти наверняка были государственные или монастырские крестьяне, реже — посадские люди, промышлявшие мёдом и воском. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано: слишком «ремесленная» основа, не попавшая в гербовники.

Написание фамилии устойчиво, вариантов вроде Драбоулов/Дробоулов почти нет — диалектное «драбоул» закрепилось без перегласовки. Сегодня фамилия крайне редка, её носители живут в основном в центральной России и на Урале, часто уже не помня о бортническом прошлом своих предков. Но само слово «драбоул» — настоящий подарок для этимолога: оно сохранило в фамилии целый пласт народной промысловой лексики, ушедшей из живого языка.