Фамилия Дровнин — один из тех случаев, когда прозвище предка «лежит на поверхности», но при ближайшем рассмотрении открывает неожиданные смыслы. Корень здесь очевиден: «дров-», от слова «дрова». Однако, в отличие от фамилий Дровосеков или Дроворубы, суффикс «-ин» указывает на принадлежность не к действию, а к лицу. Дровнин — буквально «чей?» — «сын Дровни». А вот кто такой Дровня — вопрос интереснее.

Самая прямая версия: Дровня — прозвище человека, занятого заготовкой или продажей дров. В крестьянском быту это было не просто ремесло, а целый промысел, особенно в лесных регионах Севера и Центральной России. Дровни могли называть возчика дров или того, кто рубил лес для барской усадьбы. Но есть и другой, менее очевидный вариант. В русских говорах «дровни» — это не только поленья, но и крестьянские сани без кузова, на которых возили лес и сено. Прозвище Дровня мог получить человек, который делал такие сани, торговал ими или просто был на них заметен — например, ездил на дровнях, когда другие ходили пешком.

Суффикс «-ин» в этой фамилии типичен для северных и центральных областей России, где патронимическая модель на «-ин» была распространена шире, чем на юге. В документах XVII–XVIII веков встречаются крестьяне с прозвищем Дровня, но фамилия Дровнин, скорее всего, оформилась уже после отмены крепостного права, когда прозвища окончательно закрепились как наследственные. Однокоренные фамилии — Дровников, Дровосеков, Дроворубин — образованы по другим моделям и указывают на занятие, а Дровнин подчёркивает именно родовую связь: «внук того самого Дровни».