Фамилия Дустиев — редкий случай, когда написание почти полностью совпадает с произношением, но за этой простотой скрывается неочевидное происхождение. На первый взгляд, корень «дуст» наводит на мысль о персидском или тюркском слове «дуст» — «друг». В таком случае Дустиев означал бы «сын друга» или «принадлежащий другу». Однако фамилия образована не напрямую от нарицательного слова, а скорее от прозвища или личного имени Дусти, которое в мусульманских культурах могло даваться как пожелание быть верным товарищем или как ласковое обращение.

Суффикс «-ев» указывает на русскую патронимическую модель, характерную для фамилий, образованных от основ на согласный. То есть фамилия сформировалась по схеме: прозвище/имя Дусти + -ев = «потомок Дусти». Это говорит о том, что предок носителя фамилии жил в среде, где русская модель фамилиеобразования наложилась на иноязычную основу — типичная ситуация для народов Северного Кавказа, Поволжья или Средней Азии, входивших в состав Российской империи.

Интересно, что в некоторых тюркских языках слово «дуст» может означать не только «друг», но и «возлюбленный», «любимец». В персидском же «дуст» — это ещё и «приятель» в самом широком смысле. Таким образом, фамилия могла нести эмоционально-положительную характеристику: предка могли прозвать Другом за общительность или верность.

Встречаемость фамилии Дустиев сегодня невелика, и её география тяготеет к регионам с таджикским, узбекским или кавказским населением (например, Дагестан, Чечня, Таджикистан). В русских переписных книгах XVIII–XIX веков эта фамилия почти не фиксируется, что подтверждает её относительно позднее оформление — скорее всего, в XIX — начале XX века, когда представители нерусских народов получали паспорта и записывались по русским стандартам.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Дустматов или Дустмухамедов более прозрачны по составу, а Дустиев стоит особняком: в ней нет второго компонента (как «-мат» или «-мухамед»), что делает её более лаконичной и загадочной. По сути, это краткая форма, где основа «дуст» выступает в роли самостоятельного прозвища, а не части сложного имени.