Фамилия Джанов — одна из тех, что сразу указывает на восточные корни и тёплое, ласковое прозвище в основе. Её ядро — имя или прозвище Джан. В переводе с персидского языка это слово означает «душа, дух», а в переносном смысле — «близкий, дорогой, как душа». Такое имя давали не просто так: обычно его получал долгожданный первенец или особенно любимый ребёнок.

С точки зрения словообразования всё прозрачно: к основе Джан добавили русский патронимический суффикс -ов, который отвечает на вопрос «чей?». Так появилась фамилия со значением «сын Джана» или «потомок того, кого звали Джан». Эта модель — одна из самых распространённых на территории бывшей Российской империи, и её применили к местным именам независимо от языка и религии предков.

Слово «джан» оказалось настолько востребованным, что вошло в состав множества составных имён: Джанибек, Джандубай, Джанарслан, Джанбай. В каждом таком имени первая часть сохраняет тот же смысл — «душа», «дорогой». Поэтому носитель фамилии Джанов не обязательно происходит от человека с односложным именем Джан: возможно, предка звали, скажем, Джанбеком, а в документах фамилию записали по первой части.

Документальные подтверждения разбросаны по разным регионам и эпохам. В источниках упоминается Джорджи Даваевич Джанов, родившийся в 1914 году в хуторе Ики Манлан Малодербетовского улуса Калмыцкой степи Астраханской губернии. А также Нугмен Джанов, родившийся в 1855 году в 11 ауле Кувского района Карагандинской области. Эти записи показывают, что фамилия бытовала и у калмыков, и у казахов — народов, для которых персидское слово «джан» стало привычным через тюркское посредничество.

Интересно, что фамилия Джанов встречается реже, чем, скажем, Джанаев или Джанибеков. Это говорит о том, что исходное имя Джан без дополнительных элементов было не самым частым. Возможно, в некоторых семьях фамилию могли записать со слуха как Джанов, хотя в устной традиции предка звали иначе. Такие расхождения между устным именем и письменной фиксацией — обычное дело для XIX — начала XX века, когда документы заполняли русские чиновники, не всегда точно передававшие местное произношение.