Фамилия Энгер — редкий для России случай, когда западноевропейская основа не была переделана на русский лад суффиксами -ов или -ин. Встречается она в основном у потомков немцев-колонистов, переселившихся в Российскую империю в XVIII–XIX веках, а также у балтийских немцев и выходцев из Австро-Венгрии. Поэтому искать в ней славянский корень не стоит: перед нами чистая немецкая фамилия, которая попала в русский язык без изменений.

Разбираем её по модели немецкой антропонимии. Основа Enger восходит к нескольким возможным источникам. Первый и самый распространённый — топонимический. В Германии есть город Энгер (Enger) в земле Северный Рейн-Вестфалия и несколько небольших поселений с таким названием. Фамилию мог получить человек, который переехал оттуда и стал «Энгером» — то есть «тем, кто из Энгера». Второй вариант — прозвище от средневерхненемецкого слова enge (тесный, узкий). Так могли назвать либо человека, жившего в узком переулке, либо того, кто отличался прижимистостью или худощавым телосложением.

Третий, менее очевидный путь — образование от личного имени Энгель (Engel) с усечением суффикса. В немецкой ономастике фамилии на -er часто указывали на профессию или характерный признак, но в случае с Энгер связь с ангелом (Engel) сомнительна: фонетически это разные слова, и перехода «л» в «р» в стандартном немецком не было. Поэтому версия с топонимом или прозвищем выглядит убедительнее.

В России фамилия Энгер не получила массового распространения и осталась локальной. Её носители — потомки немецких колонистов, которые оседали в Поволжье, на юге Украины и в Прибалтике. После депортаций 1941 года многие оказались в Казахстане и Сибири. В советских документах фамилию не русифицировали, так как она и так легко читалась по-русски, а окончание -ер не требовало замены.

Если сравнивать с однокоренными немецкими фамилиями, то Энгер стоит в одном ряду с Энгель, Энгельман и Энгельгардт, но отличается от них отсутствием суффиксального наращения. По сути, это краткая форма, которая могла возникнуть как самостоятельный вариант ещё в Германии. В русском контексте она сохранила исходное звучание, что делает её хорошим маркером немецких корней семьи.