Фамилия Фенюшин — редкая и по-своему загадочная. Её основа — не очевидное прозвище или профессия, а личное имя, причём довольно нестандартное для русской ономастики. Если следовать самой распространённой версии, корень здесь — Феня, уменьшительная форма от мужского имени Феофан (греч. Theophanes — «богоявление») или от женского имени Феодора (Федора). В народной речи «Феня» звучала как ласковое обращение, а фамилия образовалась по типичной модели: Феня + суффикс -юш- (уменьшительно-ласкательный) + окончание -ин, то есть «маленький Феня» или «сын Фени». Суффикс -юш- встречается в русских фамилиях нечасто, что сразу выделяет Фенюшиных из ряда однокоренных — Фенины, Фенюковы, Фенютины.

Однако есть и альтернативная гипотеза, которую поддерживают некоторые краеведы. В рязанских и тамбовских говорах словом «феня» называли не только человека, но и особый говор, тайный язык офеней (странствующих торговцев). Офени, или ходебщики, использовали «феню» как арго, чтобы не быть понятыми посторонними. Отсюда прозвище Феня мог получить человек, который либо сам был офеней, либо отличался манерой говорить загадочно, «по-фене». В таком случае Фенюшин — потомок того самого говорливого торговца, чья речь казалась окружающим шифром. Эта версия менее распространена в официальных словарях, но она правдоподобна для регионов, где офенский промысел был особенно развит — Владимирская, Костромская, Ярославская губернии.

Географически фамилия Фенюшин встречается редко и в основном фиксируется в центральной России и Поволжье. В дореволюционных метриках она изредка попадается в Нижегородской и Симбирской губерниях. Сословная принадлежность носителей, судя по скудным данным, была крестьянской или мещанской — никаких дворянских родов с такой фамилией не известно. Интересно, что написание фамилии устойчиво: вариант «Фенюшин» не путают с «Фенюшкин» или «Фенюхин», хотя все они образованы от одного корня.

Таким образом, Фенюшин — фамилия, которая с высокой вероятностью восходит к имени Феня (от Феофан или Феодора) с редким ласкательным суффиксом. Но не стоит исключать и связь с офенским арго — это делает её историю живой и нешаблонной, особенно для тех, кто интересуется диалектами и народными промыслами.