Фамилия Галюза — редкая, и её происхождение не лежит на поверхности. Скорее всего, она украинская или белорусская, и ключ к разгадке — в суффиксе «-юза». Такое окончание нехарактерно для русских фамилий, которые чаще используют «-ов» или «-ин». В украинской и белорусской ономастике суффикс «-юга», «-юза» нередко придаёт слову пренебрежительный или увеличительный оттенок, как в фамилиях Вернигора, Непийвода. То есть Галюза — это прозвище, образованное от глагольной основы.

Корень «гал-» ведёт к двум разным версиям. Первая: от украинского глагола «галювати» — «чистить», «драить». В этом случае Галюзой могли прозвать человека, который постоянно что-то скрёб, чистил или наводил порядок, возможно, бондаря или плотника, работавшего с древесиной. Вторая версия, более правдоподобная, связывает фамилию с диалектным словом «галюза» — «петля», «силок» или «штука, изогнутая дугой». Так могли назвать ловкого, изворотливого человека, или, напротив, того, кто делал силки, занимался охотой. В этом случае прозвище описывает либо ремесло, либо характер — хитреца, который умеет «петлять».

Морфологически фамилия застыла в форме прозвища, без дополнительного патронимического суффикса. Это типично для украинских фамилий на «-а»: Галюза — это и есть исходное прозвище, которое стало родовым именем. Сын Галюзы так и оставался Галюзой, а не превращался в Галюзина. Встречается фамилия преимущественно на западе Украины и в южных областях Беларуси, что подтверждает её локальный характер.

Социальный контекст: носители фамилии в XIX веке почти всегда были крестьянами или казаками. Высокую частотность фамилия не имела, поэтому дворянских родов с такой фамилией в Российской империи не зафиксировано. Это не «гнездовая» фамилия, а скорее индивидуальное прозвание, которое закрепилось за одним родом в конкретной местности. Если искать аналоги, то можно вспомнить фамилию Галуза (с «л» вместо «ль»), которая встречается у кубанских казаков и также означает «петля» или «западня». Галюза — более мягкий, возможно, южноукраинский вариант.

Сегодня фамилия остаётся редкой, её носители рассеяны по Украине, Беларуси и России, но без выраженных «гнёзд». В дореволюционных метрических книгах она почти не встречается, что говорит о её локальном и незнатном происхождении.