Фамилия Гардыш — один из тех редких случаев, когда звонкое прозвище перевесило церковное имя. В её основе лежит мужское крестильное имя Гордий (от греческого «гордиас» — царь), но путь от святого до фамилии оказался не прямым. Святой мученик Гордий, воин III века, объявивший себя христианином и обезглавленный за веру, дал имя, которое в народе быстро переосмыслили. Произношение «Гардыш» — результат типичного для южнорусских и украинских говоров аканья, когда безударное «о» переходит в «а».

Однако гораздо важнее, что в быту имя почти сразу сблизилось с прилагательным «гордый». Владимир Даль в своём словаре определяет его как «надменный, высокомерный, надутый, спесивый». Степан Веселовский в ономастиконе фиксирует прямое родственное прозвище: Гордый — и напоминает, что так называли великого князя московского Симеона Ивановича, умершего в 1353 году. То есть прозвище Гордый (а затем и Гордыш) могло указывать не на реальное качество характера, а на подражание князю или просто на властную осанку человека.

Суффикс -ыш в фамилии Гардыш — редкая и показательная деталь. В русских фамилиях он встречается нечасто (сравните: Малыш, Голыш, Крепыш). Обычно такие прозвища давали по яркой внешней или поведенческой черте, закрепляя её как постоянную характеристику. Таким образом, Гардыш — это не просто «сын Гордея» (как было бы с суффиксом -ов), а сам носитель прозвища: «тот, кто гордый». Фамилия застыла в этой форме, минуя стандартные патронимические суффиксы, что говорит о её раннем, возможно, ещё допетровском происхождении в среде посадских людей или казачества.