Фамилия Гавношлеп — один из самых ярких примеров того, как прозвище, данное «для красного словца», закрепилось в качестве родового имени. Вопреки возможному предположению, это не ругательство в современном бытовом смысле, а профессиональная или бытовая характеристика человека, причём вполне конкретная.

Разберём слово по частям. Первая часть, «гавно», в древнерусском языке означала не только экскременты, но и грязь, отбросы, нечистоты вообще. Вторая часть, «шлёп», — звукоподражательный глагольный корень, связанный с действием «шлёпать», то есть бить, хлопать, месить. Соединившись, эти части дали прозвище человеку, который «шлёпает говно» — буквально месит грязь, работает с нечистотами. Речь идёт о чистке выгребных ям, отхожих мест или работе с кожевенным сырьём (вымачивание шкур в зловонных растворах). В крестьянском быту такая работа была грязной, но необходимой, и прозвище не несло злого умысла — скорее, указывало на род занятий.

Модель образования фамилии — чистая, без суффикса. В русской ономастике есть целый пласт фамилий, которые представляют собой застывшее прозвище в именительном падеже: Сорокин, Трепачёв, Безруков. Но Гавношлеп стоит в этом ряду особняком, поскольку не получил типичного фамильного суффикса -ов/-ев или -ин. Это указывает на то, что фамилия могла закрепиться в среде, где паспортная запись делалась «с голоса» или по прозвищу без переоформления в притяжательную форму. Подобные «нулевые» фамилии чаще встречались на Русском Севере и в некоторых регионах Сибири, где ревизские сказки фиксировали то, что слышали.

Споров о происхождении корня «гавно» в ономастике нет — его значение прозрачно, и все гипотезы сводятся к уточнению профессии. Версия, что это могло быть ироничное прозвище неряшливого или неуклюжего человека, тоже имеет право на жизнь, но менее вероятна: в основе фамилий редко лежит абстрактная брань, чаще — конкретное занятие.

В современных телефонных справочниках и базах данных фамилия встречается редко, в основном в центральных и южных областях России, а также среди потомков переселенцев на Урале. Это объяснимо: носители такой фамилии в XIX веке часто меняли её при переезде в город или при получении паспорта, чтобы избежать неудобных ассоциаций. Тем ценнее, что фамилия сохранилась — она несёт в себе грубоватую, но честную память о предке, который занимался тяжёлым и малопочётным, но общественно важным трудом.