Фамилия Герчаников — редкий пример «ремесленной» фамилии, где суффикс указывает не на род занятий предка, а на то, что он был чьим-то работником. В её основе лежит слово «герчаник» или «горчаник». Это не имя и не прозвище, а название человека, делавшего горшки — горшечника. Форма с «е» в корне (Герчаник вместо Горчаник) — результат южнорусского или украинского аканья, где безударное «о» перешло в «е» после мягкого согласного.

Главная особенность — суффикс «-аник» (-аникъ). В русских фамилиях он встречается нечасто и обычно обозначает лицо по действию или предмету: ботаник, механик. В случае с горшечником слово «горчаник» бытовало в говорах как синоним «горшечника» — мастера по глиняной посуде. А вот суффикс «-ов» в окончании фамилии (Герчаников) имеет уже другое значение: он указывает не на самого мастера, а на его потомка или подмастерья. То есть Герчаников — это буквально «сын горшечника» или «ученик горшечника». В старой русской модели такие фамилии часто давали не самому ремесленнику (он мог зваться просто Герчаник), а его детям, которые перенимали дело, но уже носили отчество-фамилию по отцу.

Географически фамилия тяготеет к югу России и востоку Украины — областям, где гончарный промысел был массовым (Курская, Воронежская, Харьковская губернии). В центральных и северных регионах чаще встречались Горшечников, Гончаров или Корчагин. Форма с «е» — верный признак того, что предки говорили на переходных говорах, где «о» в безударной позиции звучало как нечто среднее между «о» и «а», а на письме закрепилось через «е».

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Герчаников стоит в одном ряду с Горчаковым, Горчаниновым и Гончаровым. Но суффикс «-аник» выдает более конкретную, даже цеховую принадлежность. В документах XVII–XVIII веков «горчаниками» называли не просто гончаров, а тех, кто специализировался на изготовлении горшков для печи — самой ходовой и дешевой посуды. Так что предок носителя фамилии был, скорее всего, не универсальным мастером, а узким специалистом по бытовой глиняной утвари.

Встречаемость фамилии крайне низкая. В современных базах данных она фиксируется единично, в основном в Ростовской области и Краснодарском крае — что подтверждает миграцию южнорусского населения в XIX–XX веках.