Фамилия Геттуевы — один из тех случаев, когда происхождение не лежит на поверхности, и среди лингвистов нет единого мнения. Спор идёт между двумя корнями: адыгским и балкарским. Обе версии имеют право на жизнь, и каждая по-своему объясняет, кем мог быть предок.

Начнём с адыгской гипотезы. Фамилия могла образоваться от личного имени Гетту, которое связывают с основой «гъатх» — «весна, весенний». В таком случае имя давали ребёнку, родившемуся в весенние месяцы. Подобные «календарные» имена — распространённая практика у многих народов Кавказа, где имя часто отражало время года или природное явление, сопровождавшее появление младенца на свет.

Вторая версия тянет корень в балкарский язык. Здесь основа может означать «семь». Соответственно, имя Гетту мог получить седьмой ребёнок в семье. Числовые имена — тоже не редкость: у разных народов встречаются имена-числительные, которые давали по порядку рождения, чтобы подчеркнуть место ребёнка в иерархии братьев и сестёр.

Какая из версий правдоподобнее? Сложно сказать. Фамилия бытует в кабардино-балкарском регионе, где адыгский и балкарский языки веками соседствуют, и носители фамилии могут быть связаны с обеими этническими группами. Уверенно можно утверждать одно: в основе фамилии лежит личное имя Гетту, а суффикс -ев указывает на принадлежность — «сын Гетту» или «потомок Гетту». Такая модель образования (имя + суффикс) типична для русских фамилий, которые давали нерусским народам при документальном оформлении в XIX–XX веках.

С точки зрения словообразования фамилия проста: корень Гетту- и патронимический суффикс -ев. Никаких редких суффиксов или сложных морфологических конструкций здесь нет. Ценность фамилии именно в многозначности корня, который отсылает нас к двум разным языковым традициям Кавказа.