Фамилия Глуходедова, при первом взгляде, кажется составленной из двух простых и понятных славянских корней: «глух-» и «-дед-». Однако в этой прозрачности и кроется её главная особенность — это не типичная отчество или указание на ремесло, а прозвище, описывающее конкретного человека. Исходное прозвище Глуходед, скорее всего, получил пожилой человек, который плохо слышал. В крестьянской среде, где прозвища давались метко и на всю жизнь, такая характеристика была не обидной, а констатирующей: «глухой дед». Вторая, менее очевидная версия, связана не с самим носителем прозвища, а с его окружением: Глуходедом могли назвать внука или ребёнка, который жил и воспитывался у такого деда. В любом случае, прозвище закреплялось за главой семьи или за человеком, вокруг которого строился быт, и переходило к его потомкам.

Словообразовательная модель фамилии — классическая для русских фамилий: основа Глуходед- плюс суффикс -ов. Этот суффикс указывает на принадлежность («чей?»), то есть Глуходедов — сын Глуходеда. Окончание -а в современном написании (Глуходедова) — это женская форма, которая в русской традиции наследуется от отца или мужа. Сама фамилия не относится к числу искусственных семинарских или дворянских — она возникла в народной среде, в среде крестьян или посадских людей, где прозвища были основным способом идентификации до введения всеобщей паспортизации.

Стоит обратить внимание на редкость такой двухосновной модели. В русском языке много фамилий на «-дедов» (Дедов, Дедушкин), но сочетание с прилагательным «глухой» встречается нечасто. Это делает фамилию Глуходедов не просто описательной, а уникальной: она фиксирует не абстрактное свойство, а конкретную жизненную ситуацию — старость, глухоту, а возможно, и семейный уклад, где дед был центральной фигурой. В отличие от фамилий, образованных от крестильных имён (Иванов, Петров), эта фамилия — прямой портрет предка, сохранившийся в языке на века.