Фамилия Гррозин — редкий случай написания с двойной «р», что сразу привлекает внимание. Чтобы понять её происхождение, нужно отбросить орфографическую аномалию и посмотреть на суффикс -ин. Это типичная русская модель: фамилии на -ин образуются от основ, оканчивающихся на -а или -я. Значит, в основе лежит слово «гроза» или прозвище Гроза. Двойная «р» могла появиться из-за ошибки писаря при записи фамилии в метрических книгах, либо её намеренно закрепили, чтобы подчеркнуть «грозный» характер.

Если исходить из корня, то фамилия восходит к прозвищу Гроза. В древнерусском языке так называли человека с крутым нравом, вспыльчивого или внушающего страх. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» отмечается, что прозвища от природных явлений (Гроза, Вьюга, Мороз) были распространены в крестьянской среде — они давались по характеру или внешности. Предок Гррозин мог быть суровым, резким или просто обладателем громкого голоса.

Есть и другая версия: в некоторых говорах «гроза» означала не только бурю, но и опасность, беду. Прозвище могли дать человеку, который постоянно попадал в неприятности или, наоборот, предупреждал о них. Однако первая версия — от личного качества — кажется более правдоподобной, так как фамилии такого типа обычно отражают свойства носителя, а не абстрактные понятия.

Географически фамилия Гррозин — большая редкость. В современных базах данных она почти не встречается, что говорит о её локальном бытовании, возможно, в одной-двух деревнях. Двойная буква могла закрепиться в конкретном регионе, где писарь последовательно ошибался, или в семье, где считали, что так фамилия звучит весомее. Социально это фамилия крестьянского происхождения: в дворянских родах такие прозвищные основы на -ин нехарактерны.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями — Грозин, Грозов, Грозный, — то Гррозин выделяется именно графикой. В остальном это та же модель: от прозвища Гроза. Уникальность фамилии в том, что она сохранила редкое написание, которое может указывать на конкретную историю семьи: возможно, предок хотел, чтобы его фамилию не путали с другими, или это результат местного говора, где «гроза» произносилась с долгим «р».