Фамилия Грунцов — редкий случай, когда разбор начинается не с прозвища или имени, а с почти очевидной, но не единственной версии. Основа фамилии — слово «грунт». Казалось бы, всё ясно: предок мог иметь дело с землёй, быть землекопом, крестьянином, работающим на тяжёлой почве, или даже строителем, укладывающим грунт. Но в русских говорах у слова «грунт» было и переносное, пренебрежительное значение — так называли грубого, неотёсанного человека, «грунта» (от «грубый»). Поэтому прозвище Грунец или Грунц могло закрепиться за человеком с тяжёлым характером или небрежным в работе. Суффикс -ов указывает на типичную русскую модель: «чей?» — Грунцов, то есть сын или потомок Грунца.

Здесь интересна не столько основа, сколько суффикс исходного прозвища. Фамилия образована не напрямую от «грунт» (тогда была бы Грунтов или Грунтовский), а от более редкой формы «Грунец» или «Грунц». Усечение и добавление -ц- в прозвищах характерно для северных и центральных областей России, где любили краткие, «рубленые» формы. Сравните с фамилиями Морозов (от Мороз) и Морозцов (от Морозец) — Грунцов стоит в том же ряду, но встречается гораздо реже.

Географически фамилия Грунцов не привязана к одной области, но чаще фиксируется в Поволжье и на юге России, где почвы — чернозём или суглинок — называли «грунтом» чаще, чем на севере. Встречаются единичные случаи в Саратовской, Волгоградской и Ростовской областях. В дореволюционных переписях фамилия почти не попадается, что говорит о её позднем закреплении — скорее всего, в XIX веке, когда крестьянам массово присваивали фамилии по прозвищам или профессиям.

Есть и альтернативная, но маловероятная версия: от немецкого Grund (основа, земля) через остзейских немцев. Однако суффикс -ов однозначно указывает на русскую адаптацию, а не на прямое заимствование. Если бы предок был немцем, фамилия осталась бы Грунд или Грунт.

Таким образом, Грунцов — фамилия-прозвище, скорее всего, от характера или занятия, а не от топонима. Носитель этой фамилии мог быть либо земледельцем, либо человеком, которого в деревне называли «грунцом» за прямоту или нелюдимость.