Фамилия Гузенин — это типичное русское семейное именование, образованное от прозвища Гузеня. Как и многие другие фамилии на -ин, она указывает на принадлежность конкретному человеку: буквально «чей?» — «Гузенин», то есть сын, потомок или человек из рода Гузени. Модель простая и древняя: прозвище плюс притяжательный суффикс -ин.

Что скрывается за прозвищем Гузеня? Тут есть несколько версий, и ни одна не проста. Самая прямая отсылка — к слову «гуза», которое в русских говорах означало «морщина, складка, сборка». Вряд ли человека так назвали за внешние складки на одежде — скорее, за манеру поведения. В переносном смысле Гузеней могли прозвать человека нерасторопного, вялого, мешковатого, того, кто «собрался в складку», а не действует бодро. Есть и другой оттенок: «неустойчивый, попятный, нестойкий в слове» — такой, на кого нельзя положиться.

Вторая версия связана с диалектным глаголом «гузать» — «трусить, робеть». Если принять её, то прозвище Гузеня получал человек нерешительный, пугливый, возможно, даже излишне осторожный. Обе трактовки сходятся в одном: прозвище давали по характеру или поведению, а не по профессии или внешности.

Интересно, что в русских фамилиях корень «гуз-» встречается нечасто. Можно вспомнить фамилию Гузин — она могла образоваться от того же корня, но с другим суффиксальным оформлением. Гузенин же стоит особняком благодаря редкому прозвищному суффиксу -еня (как, например, Косеня, Трушеня). Такая форма придаёт прозвищу уменьшительно-уничижительный или, наоборот, бытовой оттенок.

Точное место и время возникновения фамилии Гузенин сейчас установить сложно. Процесс закрепления фамилий на Руси растянулся на несколько столетий, и такие «прозвищные» фамилии могли оформиться и в XVI, и в XVII веке, причём в разных регионах независимо друг от друга. Скорее всего, первые носители жили в северных или центральных губерниях, где диалектные слова «гуза» и «гузать» были в ходу.

Несмотря на нелестное исходное значение, фамилия Гузенин — живое свидетельство народной наблюдательности и языковой игры. В ней слышен голос тех, кто давал прозвища метко и без прикрас.