Фамилия Кабуткин — редкая и по-своему загадочная. Её основа, скорее всего, не связана с географией или именем, а восходит к прозвищу, которое давали по характерной черте или поведению.

Словообразовательный разбор прост: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?» — Кабуткин, то есть сын или потомок Кабутки). А вот с корнем «кабут-» начинаются сложности. В русских говорах слово «кабут» не зафиксировано в словарях литературного языка. Однако есть два правдоподобных объяснения.

Первое: основа связана с диалектным глаголом «кабутить» — в некоторых регионах так говорили о человеке, который суетится, мельтешит, делает что-то невпопад или, наоборот, назойливо пристаёт. Второе, более конкретное: «кабут» могло быть прозвищем от слова «кабутка» — так в ряде говоров называли короткую, толстую палку или дубинку. Такое прозвище мог получить крепкий, коренастый мужчина, либо тот, кто работал с дубьём (например, пастух или сторож). Версия с дубинкой выглядит надёжнее, потому что прозвища по орудиям труда или предметам быта встречаются в фамилиях часто (Топоров, Кнутов, Крюков).

Версия об иноязычном происхождении (например, от тюркского «кабут» — «мешок» или «кожаный сосуд») маловероятна для фамилии с суффиксом -ин, который типичен для русской, а не тюркской модели. Скорее всего, Кабуткины — это потомки русского крестьянина или ремесленника, получившего меткое уличное прозвище. Фамилия настолько редкая, что в дореволюционных справочниках и переписях она почти не встречается; найти её можно лишь в отдельных метрических книгах центральных губерний. Сегодня носители фамилии живут в основном в европейской части России, но никакой выраженной «столицы» у неё нет.