Фамилия Какашинкин — один из тех случаев, когда внешняя необычность звучания скрывает куда более прозаичную и даже трогательную историю. На первый взгляд кажется, что в основе лежит что-то неблагозвучное, но на деле всё сводится к обычному уменьшительно-ласкательному имени или прозвищу.

Разбираем словообразовательную цепочку. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Какашинкин — значит «сын Какашинки» или «человек из рода Какашинкиных». Сама основа «Какашинк-» образована от имени Какаша. А Какаша — это просторечная, домашняя форма от канонического имени Никанор (греч. «видящий победу») или, реже, от Иннокентий («невинный»). В русской деревне такие сокращения были нормой: Никанор превращался в Каню, Канюшу, а потом и в Какашу. Уменьшительный суффикс -ш- (как в Паша, Саша, Наташа) здесь сработал точно так же, только с другим начальным слогом. Никакой неприличной семантики у исходного прозвища не было — это обычное «домашнее» имя, которое позже закрепилось как фамилия.

Вторая, менее вероятная версия отталкивается от диалектного слова «какашка» в значении «маленький, невзрачный человек» (сравните с «карапуз» или «козявка»). Но ономастика редко строит фамилии на прямых уничижительных прозвищах — обычно они проходят стадию ласкательного переосмысления. Поэтому версия с производным от Никанора выглядит убедительнее.

Географически фамилия редкая и, скорее всего, локальная. Встречается в центральных и северных областях России, где были распространены «домашние» формы на -ша. Социальный статус предков — крестьянский или мещанский: фамилии на -ин в этой среде давали по имени отца или деда, без привязки к сословию.

Таким образом, Какашинкин — это не про «какашки», а про Никанора, которого дома называли ласково Какашей. Фамилия прошла обычный путь от отчества до родового имени, сохранив в себе ту самую деревенскую интонацию, где громкое церковное имя превращалось в короткое и своё.