Фамилия Камерадс — редкий случай в русском ономастиконе. На первый взгляд она кажется иноязычной, и это действительно так: её основа восходит к латинскому camerarius (камергер, служитель при покоях, казначей). Однако в русском языке слово «камерад» (товарищ, соратник) закрепилось через немецкое Kamerad и польское kamrat, причём в некоторых западных говорах оно приобрело значение «приятель» или «ровня». Таким образом, прозвище Камерад могли дать либо человеку, служившему при дворе (если версия с латинским корнем), либо просто «товарищу», «другу» — в значении близкого по духу или положению человека.

Суффикс -с в окончании фамилии — нехарактерный для русской модели образования. Обычно русские фамилии заканчиваются на -ов, -ев, -ин, -ский. Форма Камерадс указывает на то, что фамилия либо пришла из латышского или эстонского языков (где окончание -s — типичное окончание мужского рода в именительном падеже), либо является результатом поздней записи немецкой фамилии Kamerads (с окончанием -s как показателем родительного падежа, означающим «сын Камерада»). Скорее всего, перед нами фамилия балтийского происхождения: в Латвии и Эстонии в XIX–XX веках активно фиксировали фамилии с таким окончанием.

В дореволюционных метрических книгах и ревизских сказках фамилия Камерадс встречается эпизодически, преимущественно среди мещан и крестьян западных губерний Российской империи (Курляндской, Лифляндской, а также в Витебской). Это подтверждает версию о её немецко-балтийском корне: носители фамилии, вероятно, были потомками остзейских немцев или латышей, получивших фамилию по прозвищу предка. В современной России фамилия остаётся крайне редкой, её можно встретить в основном в Санкт-Петербурге и Калининградской области.

Интересная деталь: в отличие от однокоренных фамилий Камеров, Камерский или Камерный, которые образованы по русской модели и чаще связаны с профессией камердинера или камергера, фамилия Камерадс сохранила прямой западноевропейский корень, не переосмысленный через русские суффиксы. Это делает её своеобразным маркером миграции и социальной истории: предок носителя, скорее всего, был не крепостным, а свободным человеком, возможно, ремесленником или торговцем, который попал в Россию в ходе переселения немцев или поляков.