Фамилия Карпузиковы — одна из тех, где даже в коротком слове сталкиваются сразу несколько языковых традиций. Разобраться, какая из версий ближе к истине, непросто, но каждая из них ведет к любопытному портрету предка.

Самый прямой путь — через крестильное имя Карп. Оно пришло на Русь из греческого языка, где «карпос» означает «плод» и «польза». Уменьшительная форма «Карпузик» в этом случае — обычная ласкательная производная, как Иванушка от Иван. Фамилия, образованная от такой формы через суффикс -ов, — стандартная патронимическая модель: «чей?» — «Карпузиков», то есть сын Карпузика.

Но есть и другая, более неожиданная версия, которая уводит в область прозвищ. Она связывает основу с тюркским словом «карпуз» — арбуз. Отсюда же, кстати, происходит и русское «карапуз». Если следовать этой логике, то Карпузиком могли прозвать человека невысокого, плотного, круглого — по аналогии с формой бахчевой культуры. Прозвища по внешности в русской среде были делом обычным, так что эта версия имеет полное право на существование.

И, наконец, третья гипотеза отсылает нас к голландскому слову, обозначавшему шапку. Со временем оно смешалось в народном произношении со знакомым всем «картузом». Если принять эту версию, то прозвище Карпузик мог получить человек, имевший дело с головными уборами — мастер-картузник, торговец или, возможно, тот, кто носил приметную шапку.

Какая из этих версий верна для вашей конкретной ветви, сказать уже невозможно. Но сам факт, что фамилия могла возникнуть и от церковного имени, и от прозвища по внешности, и от ремесла, делает её не плоским фактом из архива, а объемным портретом, в котором угадываются разные судьбы.