Происхождение
Фамилия Картоношко
Фамилия Картоношко — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано с конкретным бытовым предметом, а не с именем или ремеслом. В центре фамилии лежит слово «картон». Но не спешите представлять себе упаковочный материал: в украинских и южнорусских говорах «картон» или «картонка» могли называть жёсткую шляпу, картуз, а также коробку, шкатулку или даже переплёт книги. Суффикс -ошк- (как в фамилиях Дзялошко, Ковалёшко) — типично белорусско-украинский, уменьшительно-ласкательный или пренебрежительный. То есть Картоношко — это человек, которого в деревне прозвали «картонкой»: либо за то, что он постоянно носил такой головной убор (картуз из плотной бумаги или ткани на клеевой основе), либо за его занятие — изготовление коробок, шкатулок, папок.
Версия с ремеслом выглядит правдоподобнее. В XIX веке в местечках Черниговской, Киевской, Могилёвской губерний работали кустари-картонажники, делавшие коробки для кондитерских, табачных лавок и аптек. Такое занятие было довольно специализированным, и прозвище по нему легко закреплялось. Менее вероятна связь с фамилией Коротышка (от слова «короткий») — хотя звучание похоже, написание с «карт» указывает на конкретный предмет, а не на рост. Встречается также вариант Картоносенко — с другим патронимическим суффиксом, что подтверждает живую словообразовательную модель в восточнославянских говорах.
Географически фамилия тяготеет к западной части современной Украины и юго-востоку Беларуси. В дореволюционных метрических книгах Картоношко встречаются в Волынской и Гродненской губерниях. Сословно это почти наверняка мещане или государственные крестьяне — ремесленный люд, живший в небольших городках. Дворянской ветви у фамилии нет, искать её в «Бархатной книге» или списках столбовых родов бессмысленно.
Итог простой: предок носителя этой фамилии был либо мастером по картонажным изделиям, либо человеком, носившим характерный картуз. Фамилия не потеряла прозрачности до сих пор — любой, кто слышит её впервые, догадывается о корне. Это редкий случай, когда этимология не требует сложных реконструкций.