Фамилия Каурмачев — редкая и сложная по составу. Её основа, «каурма», практически не встречается в современных русских говорах, что заставляет искать объяснение в тюркских языках. Скорее всего, в основе лежит тюркское слово «каурма» (или его диалектные варианты), обозначающее жареное мясо, рагу или способ приготовления пищи — куурдак, каурдак. В этом случае прозвище Каурма мог получить повар, мясник или человек, любивший хорошо поесть. В пользу этой версии говорит и распространённость фамилий с кулинарным значением у тюркских народов и в южнорусских регионах, где были сильны татарские и башкирские влияния.

Суффикс «-ев» указывает на стандартную русскую патронимическую модель: Каурмачев — сын Каурмача. Промежуточная форма «Каурмач» — это, вероятно, уменьшительное или обиходное производное от Каурма, которое закрепилось как личное прозвище. Фамилия могла возникнуть в XVI–XVII веках, когда на Руси активно шёл процесс превращения прозвищ в наследственные фамилии.

Есть и менее очевидная версия: связь с глаголом «каурить» (палить, жечь) или прилагательным «каурый» (светло-рыжий, о масти лошади). Тогда Каурмач — это человек с рыжеватыми волосами или лошадиным прозвищем. Однако фонетически слово «каурма» от «каурый» образовать затруднительно, поэтому версия с кулинарным корнем выглядит убедительнее.

Географически фамилия тяготеет к Поволжью и Южному Уралу — зонам активного русско-тюркского контакта. В дореволюционных метрических книгах Каурмачевы встречаются среди крестьян и мещан, чаще всего в Оренбургской и Уфимской губерниях. Среди дворянства эта фамилия не фиксируется, что типично для прозвищ, возникших в простонародной среде.

Сегодня Каурмачев — очень редкая фамилия. По открытым данным, в России её носят не более нескольких сотен человек, и большая часть сосредоточена всё в тех же приуральских регионах. Это делает фамилию ярким маркером локальной истории смешения культур, где тюркское слово обрело русскую форму.