Фамилия Хабазина — редкий случай, когда географическое бытование подсказывает разгадку точнее, чем этимологический словарь. В основе почти наверняка лежит не русское, а тюркское или кавказское слово, и ключ к нему — южные регионы России и Закавказье.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»). В русской традиции такие фамилии образовывали от прозвищ или имен, оканчивающихся на -а/-я. Основа — «Хабаз» (или «Хабаза»). Что это могло значить?

Самая правдоподобная версия отсылает к арабскому или тюркскому корню «хабиз» (или «хабз») — «задерживать», «удерживать», «заключение». В языках Кавказа и Ближнего Востока слово «хабаз» могло означать «тюрьма», «заточение» или «сторож». Прозвище Хабаза могли дать либо человеку суровому, «непробиваемому», либо тому, кто служил тюремщиком или стражем. В таком случае фамилия Хабазина — «дочь/жена Хабазы», а в мужском варианте Хабазин — «потомок Хабазы».

Вторая версия — топонимическая. В Абхазии и Краснодарском крае встречаются микротопонимы с корнем «хабаз» (например, речка Хабаз в окрестностях Геленджика). Переселенцы могли получить фамилию по месту прежнего жительства. Эта гипотеза слабее, потому что фамилия не массовая и не образует гнезда однокоренных названий.

Третья, совсем редкая версия — от диалектного глагола «хабазить» (в некоторых говорах — «бездельничать», «шататься»). Но она не выдерживает критики: в центральных и северных говорах фамилия почти не встречается, а ареал ее бытования — юг России.

Фамилия недворянская, скорее всего, крестьянская или казачья. В дореволюционных источниках Хабазины фиксируются в станицах Кубанской области и среди терских казаков. Социальный контекст — вольные земледельцы или служилые люди южных рубежей, чьи прозвища часто отражали либо профессию, либо особенность характера.