Фамилия Ханалиев происходит от мужского тюркского имени Ханали, и ответ на вопрос о её значении лежит в разборе этого составного имени. Оно склеено из двух основ, каждая из которых имела собственный вес в культуре народов Кавказа и Ближнего Востока.

Первая часть восходит к древнетюркскому слову «хан» — «правитель, повелитель». Вторая часть ведёт начало от имени Али, которое представляет собой диалектную форму арабского имени Гали. В арабской традиции это имя наделялось целым веером значений: «великий, возвышенный, высший, наивысший», а также «высокопоставленный», «дорогой», «мощный, сильный, могущественный». Соединившись, эти две части дают буквальный перевод «великий правитель».

Интересно, что подобная словообразовательная модель — сращение титула или сакрального понятия с именем пророка или праведника — типична для мусульманских имён, которые бытовали у тюркских и кавказских народов. Имя Ханали не было редкостью в среде, где почитание Али, двоюродного брата и зятя пророка Мухаммеда, сочеталась с уважением к светской власти, которую олицетворял хан. Поэтому имя давали не как претензию на трон, а как благопожелание: родители вкладывали в него надежду, что сын вырастет сильным, уважаемым и будет обладать внутренним достоинством.

Фамилия образована по классической для русского языка модели с суффиксом -ев, который присоединяется к основе, оканчивающейся на мягкий согласный. Это типичный «притяжательный» суффикс, отвечающий на вопрос «чей?». Первоначально форма Ханалиев означала «сын Ханали» или «принадлежащий роду Ханали». Со временем, когда в XIX–XX веках у народов Кавказа стали массово закрепляться наследственные фамилии, эта отчество-форма застыла и передалась потомкам.

Безусловно, фамилия Ханалиев представляет собой замечательный памятник кавказской культуры, в котором скрестились древние тюркские представления о власти и исламская традиция. По ней можно проследить, как личное имя, пройдя через несколько поколений, превратилось в родовое прозвание, а затем и в официальную фамилию. Носители этой фамилии, даже не зная точного перевода, несут в себе память о предке, которого когда-то нарекли громким и красивым именем, соединившим в себе два мира — степной и горский.