Фамилия Хандрусь звучит необычно, и первое, что приходит в голову, — связь с глаголом «хандрить». В народе так говорят о человеке, который скучает, пребывает в унынии или часто болеет. Скорее всего, прозвище Хандрусь и возникло от этого слова: так могли назвать либо мрачного, вечно грустного человека, либо того, кто слишком часто жаловался на недомогания.

Обратим внимание на суффикс. Форма на «-усь» — редкая и колоритная. Она придаёт прозвищу оттенок ласкательности или, наоборот, лёгкой иронии. Подобные образования встречаются в украинских и белорусских говорах, где уменьшительно-пренебрежительные формы имён и прозвищ не редкость. Поэтому фамилию Хандрусь с большой долей уверенности можно отнести к западнорусской или малороссийской традиции именования.

Вторая версия, менее очевидная, но тоже имеющая право на жизнь, — связь с диалектным словом «хандруз» или «хандрыга». В некоторых областях так называли хилого, болезненного человека или же того, кто постоянно ноет и жалуется на жизнь. Если принять эту версию, то прозвище Хандрусь закрепляло за человеком стойкую характеристику его характера или физического состояния.

Как бы то ни было, перед нами фамилия-прозвище, а не фамилия от крестильного имени. Это значит, что предок носителя фамилии получил своё прозвище в быту, среди соседей или родни, и оно закрепилось за ним настолько прочно, что перешло к потомкам. В старину такие прозвища не считались обидными, а скорее служили меткой приметой, по которой человека узнавали в округе.

Судьба фамилии сложилась так, что она сохранила архаичную форму и сегодня воспринимается как редкая. Встречается она преимущественно на территориях, исторически связанных с украинским и белорусским влиянием, — в западных областях России, а также в самой Украине и Беларуси. Точных сведений о знаменитых носителях фамилии нет, что неудивительно: такие фамилии чаще всего оставались в крестьянской и мещанской среде, не попадая на страницы больших биографических справочников.

Если подвести итог, то фамилия Хандрусь — это живое напоминание о том, как наши предки подмечали человеческие слабости и превращали их в фамильные знаки. Грустный, задумчивый или часто болеющий человек получал прозвище, которое пережило века и дошло до наших дней в виде звучной и запоминающейся фамилии.