Фамилия Херова — женская форма фамилии Херов, и её происхождение напрямую связано с мужской основой. В русской традиции фамилии на -ов/-ев образовывались от имени или прозвища отца: Херов сын, то есть «сын Хера». Соответственно, Херова — «дочь или жена Херова». Но что скрывается за этим прозвищем?

Корень «хер» в древнерусском языке не имел того бранного значения, которое закрепилось за ним в последние два-три столетия. Вплоть до XVII–XVIII веков слово «хер» называло букву «Х» в кириллице (от греческого «хи»). Прозвище Хер могли дать человеку, который писал или говорил замысловато, «выводил херы», либо тому, кто по каким-то причинам ассоциировался с этой буквой — возможно, из-за внешности или привычки ставить крестообразный знак (например, на документах или на дверях). В ономастике известны и другие «буквенные» фамилии: Азов, Букин, Веденин, Глаголев — все они образованы от названий букв. Так что Херов — вполне рядовая фамилия этого типа, и её носители могли быть грамотными людьми, писцами или церковнослужителями.

Существует и вторая, менее вероятная версия: от личного имени Хер (в некоторых говорах — вариант имени Харлампий или Харитон через усечение). Однако документальных подтверждений такого имени в русских святцах или бытовых записях почти нет. Основная гипотеза — от названия буквы.

С точки зрения географии, фамилия Херов и Херова встречается в центральных и южных регионах России, особенно в Воронежской, Ростовской и Волгоградской областях. В дореволюционных списках она не была редкой, хотя после того, как слово «хер» стало обсценным, многие носители меняли фамилию на Херовский, Херувимов или даже Харламов, чтобы избежать неловкостей. Поэтому современные Херовы — это люди, чьи предки либо жили в глухих местах, где новое значение слова не прижилось, либо сознательно сохранили историческое написание.

В итоге: фамилия Херова — не случайное совпадение с табуированной лексикой, а потомок древнерусского названия буквы. Предки носительницы этой фамилии скорее всего были грамотными людьми, возможно, дьячками или учителями, и их прозвище ничего общего с ругательством не имело.