Фамилия Холстинин происходит от прозвища Холстина, которое восходит к слову «холстина» — так называли простую грубую ткань из льна или конопли, толстое полотно, а также бумажную полосатую или клетчатую ткань, цветной миткаль. Это значение зафиксировано в словаре Владимира Даля. Исходное прозвище, скорее всего, относилось к профессиональным именованиям: так могли прозвать человека, который торговал холстами или шил из них изделия. Прозвище закрепилось как обиходное имя, а затем легло в основу фамилии.

Модель образования здесь простая и характерная для русских фамилий: к основе Холстин- добавили суффикс -ин, указывающий на принадлежность. То есть Холстинин буквально означает «сын Холстины» или «человек из семьи Холстины». Такая схема типична для северных и центральных русских говоров, где прозвища на -а были распространены. Любопытно, что сама основа Холстина — не имя, а именно прозвище, и это делает фамилию памятником народной речи: в ней сохранилось бытовое слово, которое сегодня почти вышло из употребления.

Стоит рассмотреть и альтернативную версию: не исключено, что прозвище Холстина могло закрепиться не за торговцем, а за человеком, который постоянно носил одежду из грубого холста, — например, за крестьянином, не имевшим средств на более дорогое сукно. Однако профессиональная версия выглядит убедительнее: прозвища, связанные с ремеслом или товаром, встречаются в русской ономастике чаще, чем описательные клички по одежде, и они лучше объясняют устойчивость прозвания.

Фамилия Холстинин — редкая, и это добавляет ей ценности для тех, кто ищет свои корни. В отличие от массовых фамилий вроде Иванов или Кузнецов, она сохраняет прямую связь с конкретным словом и бытовым контекстом. География бытования фамилии не привязана к одной местности: холсты ткали повсеместно, от северных деревень до южных губерний, поэтому предки Холстининых могли жить в разных регионах. Точное время возникновения фамилии назвать сложно — процесс формирования от прозвища к устойчивому родовому имени растянулся на столетия, и окончательные выводы требуют генеалогических изысканий в архивах. Но сама фамилия остаётся выразительным следом славянской материальной культуры, напоминанием о том, как тесно в прошлом были связаны человек, его дело и слово, которым его называли.