Фамилия Христачев — редкий случай в русском ономастиконе, где прямое имя или прозвище, связанное с Христом, попало в фамилию. В основе лежит неканоническое личное имя Христач, которое могло возникнуть несколькими путями. Первый и самый очевидный: так в народе могли прозвать человека, родившегося на Рождество или в другой церковный праздник, посвящённый Спасителю. Второй вариант — прозвище, данное за особую набожность, за привычку постоянно поминать Христа в речи, либо, напротив, за склонность к божбе с этим именем. Суффикс -ач в русских прозвищах часто указывает на деятеля или носителя яркого признака (ср. торгаш, бородач, силач), так что Христач — это «человек, связанный с Христом»: либо по дате рождения, либо по поведению.

Фамилию образовали по стандартной русской модели: к основе Христач- добавили патронимический суффикс -ев (после шипящего «ч» пишется «ев», а не «ов»). Таким образом, Христачев буквально означает «сын Христача». В отличие от фамилий на -ский, которые чаще указывают на географическое происхождение, или на -ин, типичных для матронимов, эта модель — чисто отчество от прозвища.

Географически фамилия редкая и не имеет выраженного «гнезда» в одном регионе, как, например, типичные южнорусские или северные фамилии. Встречается она точечно, чаще в центральных областях России. В дореволюционных записях её могли путать с более распространённой фамилией Христофоров (от греческого имени Христофор — «несущий Христа»), но механизм образования там иной: Христофоров — от крестильного имени, а Христачев — от народного прозвища.

По сословной принадлежности носители, скорее всего, были крестьянами или мещанами. Фамилии, образованные от прямых церковных терминов (Христачев, Богомазов, Ангелов), в дворянской среде почти не встречались — там предпочитали более «книжные» формы на -ский или от греческих канонических имён. Так что предки современного Христачева, вероятно, были простыми людьми, и прозвище закрепилось за ними в быту, а не в канцелярии.