Фамилия Хрупакова хранит память о прозвище дальнего предка — Хрупак. Это прозвище, а затем и фамилия, восходит к глаголу «хрупать», то есть «грызть, кусать, жевать с хрустом». Скорее всего, Хрупаком в старину называли человека с отменным аппетитом, который ел с удовольствием и характерным звуком. Такая бытовая наблюдательность — частый источник русских прозвищ: людей метко называли по самой заметной привычке.

Впрочем, есть и вторая версия, менее очевидная. Прозвище Хрупак могли связывать с прилагательным «хрупкий» — «ломкий, тонкий, нежный». В этом случае оно указывало бы на чувствительного, ранимого человека или на того, кто отличался слабым здоровьем. Обе трактовки имеют право на существование, но первая — от «хрупать» — выглядит убедительнее: она объясняет и форму слова, и его звукоподражательную природу. Глагол сам по себе словно передаёт тот самый хруст, который слышали окружающие.

Сама модель образования фамилии проста и типична для русского севера и центральных областей. Прозвище Хрупак дало основу, а суффикс -ов- присоединился по традиционной схеме, указывая на принадлежность: Хрупаков — сын, потомок Хрупака. Женская форма Хрупакова — естественное окончание той же фамилии, закрепившееся за женами и дочерьми. Так прозвище, данное одному человеку, шагнуло через поколения и превратилось в родовое именование.

Интересно, что однокоренные фамилии — Хрупалов, Хрупачёв, Хрупков — встречаются в русских говорах, но Хрупакова выделяется именно своей редкостью. Она не попала в массовые списки дворянских или купеческих родов, а значит, её носители, вероятно, были крестьянами или посадскими людьми. Фамилия закрепилась там, где прозвище было в ходу, и передавалась устно, без письменной фиксации, пока не осела в документах. Сегодня она встречается точечно, и за каждым её носителем стоит личная семейная история, уходящая корнями в ту самую живую речь, где кто-то когда-то «хрупал» за столом.