Фамилия Хруповы образована по самой распространённой в русской ономастике модели — от личного прозвища или имени с помощью притяжательного суффикса -ов. Отвечая на главный вопрос, можно сказать сразу: в основе фамилии лежит прозвище Хруп, а уже от него пошло отчество-фамилия, означавшее «сын Хрупа», «род Хрупа». Такой способ именования был типичен для восточных, западных и южных славян, поэтому фамилия Хруповы — не случайный эпизод, а часть широкой славянской традиции, где отчество закреплялось за потомками и превращалось в родовое имя.

Теперь о самом прозвище. Здесь есть две основные версии, и они не противоречат друг другу, а скорее дополняют. Первая: Хруп — человек, которого прозвали за физическую особенность, например, за хрупкое телосложение или слабое здоровье. Вторая версия уводит в диалектную лексику: в некоторых русских говорах «хруп» означало щепку, хворостину, ломкий сухой прут. Прозвище могли дать либо сухому, жилистому человеку, либо тому, кто занимался заготовкой хвороста или плетением из лозы. В любом случае прозвище носило бытовой, «домашний» характер — так нарекали в деревне, среди своих, и за человеком закреплялось это слово на всю жизнь.

Интересно, что фамилия Хруповы не единственная в этом ряду. Однокоренные фамилии — Хрупов, Хрупкин, Хрупалов, Хрупский — встречаются в русских писцовых книгах и переписях, что говорит о том, что прозвище Хруп было не редким. Оно бытовало в разных регионах, но чаще всего фиксируется в северных и центральных русских землях, где диалектная лексика сохраняла слово «хруп» в значении «щепка» или «хворост». Однако привязывать фамилию к одной-единственной местности было бы ошибкой: процесс формирования фамилий шёл десятилетиями, и одна и та же модель могла независимо возникнуть в разных уездах.

Суффикс -ов в фамилии указывает на то, что она оформилась не позднее XVII века, когда притяжательные прилагательные окончательно закрепились как наследственные фамилии. До этого Хруповы могли писаться по-разному: Хруп, Хрупов сын, Хрупко. Кстати, уменьшительная форма Хрупко — это уже украинская или белорусская ветвь того же корня, что лишний раз подтверждает: прозвище было общеславянским.

Говорить о точном времени и месте возникновения фамилии Хруповы можно только после серьёзных генеалогических изысканий — метрических книг, ревизских сказок, писцовых дозоров. Но уже сейчас ясно: фамилия эта — не случайный набор звуков, а живое свидетельство того, как в старину люди цепко запоминали друг друга по метким прозвищам и передавали эту память детям. Так и представитель фамилии Хрупов может по праву гордиться ею как ценным источником семейной истории: передаваясь из поколения в поколение, она по сей день хранит память о происхождении предка — возможно, сухопарого и ловкого мужика, а может, мастера, что плёл корзины из хрупкого прута.