Фамилия Кормош — звонкий и редкий пример того, как прозвище, данное человеку по его социальной роли, превратилось в наследственное имя. В её основе лежит древнерусское прозвище Кормош, напрямую связанное с глаголом «кормить». Однако за этой простой этимологией скрывается важная бытовая деталь: Кормошем, скорее всего, называли не просто щедрого человека, а того, кто был главным кормильцем в семье — старшего сына, который брал на себя содержание престарелых родителей или младших братьев и сестёр. В патриархальном укладе это была не столько профессия, сколько жизненная миссия, закреплявшаяся за человеком в виде прозвища.

Любопытно, что у этого корня есть близкий «родственник» в истории. В «Ономастиконе» академика С. Веселовского зафиксировано имя Кормыш — крестьянин, живший в 1545 году в Новгороде. Форма «Кормыш» (с твёрдым «ы») и «Кормош» (с «о») — это варианты одного и того же прозвища, разошедшиеся в разных говорах. Новгородское происхождение раннего упоминания не случайно: именно в северо-западных землях Руси, где было развито крестьянское самоуправление и большие семейные общины, такие «кормильческие» прозвища были особенно устойчивы.

Сама фамилия Кормош образовалась без типичного для русских фамилий суффикса принадлежности (-ов, -ин). Это так называемая «нулевая» модель, когда прозвище перешло в фамилию в чистом виде. Такое оформление чаще встречается на Украине, в Белоруссии и на юге России, что может указывать на географию распространения фамилии. В отличие от фамилий вроде Кормилицын или Кормильцев, где суффикс подчёркивает «чей-то» (сын кормильца), фамилия Кормош более прямая: она буквально называет предка его главным качеством.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Кормош стоит особняком. Кормильцев, Кормилицын, Кормич — все они образованы от более мягких или ласкательных форм. А Кормош звучит твёрже и архаичнее: в нём слышится не столько нежность кормильца, сколько суровая обязанность кормить. Это прозвище-характеристика, а не прозвище-ласка.