Фамилия Кострючин — редкий пример, где суффикс «-ин» стоит не после основы на «-а/-я», а после твердого согласного, что сразу бросается в глаза. Обычно «-ин» присоединяют к основам, оканчивающимся на гласный (Сытин, Ильин), а здесь — «Кострюч-ин». Это не ошибка, а особенность северных и северо-восточных русских говоров, где фамилии на «-ин» могли образовываться и от твердых основ, особенно если прозвище звучало как Кострюка или Кострюч. Второй вариант — фамилия могла возникнуть от имени Кострюча (уменьшительная форма от Костромы или Кострика) с последующим присоединением «-ин» уже по аналогии с патронимическими моделями.

Основа «костр-» почти всегда отсылает к слову «костер» или «кострика» (жесткая часть стебля льна, остающаяся после трепания). В прозвищах Кострюка или Кострюч обычно давали человеку с рыжими или жесткими волосами — как кострика, либо тому, кто постоянно возился с кострами (кузнец, золотарь, лесник). Есть и менее очевидная версия: связь с диалектным «кострюк» — так в некоторых областях называли задиристого, неуживчивого человека (от «кострить» — браниться, ссориться). Третья, самая простая, но не всегда достоверная: от имени Кострома, которое в старину давали детям, родившимся во время одноименного языческого праздника или в Костромской губернии.

С географией сложно: фамилия крайне редкая и не привязана к одной области. Несколько носителей встречаются в Вологодской и Кировской областях, что подтверждает северное происхождение «-ин» от твердой основы. Встречается также написание без суффикса — Кострюч (как фамилия-прозвище), но Кострючин явно вторичен, образован от прозвища отца. Сословно предки, скорее всего, крестьяне или ремесленники, связанные с обработкой льна или кузнечным делом — именно там «костер» и «кострика» были бытовыми терминами. Единичные упоминания в метрических книгах XIX века показывают, что фамилия не получила распространения за пределами узкого круга семей, что делает её ценным маркером локальной генеалогии.