Фамилия Костричев — яркий пример того, как прозвище, данное человеку по внешности или характеру, превратилось в родовое имя. В основе лежит слово «кострич» или «кострыч». В старых говорах так называли человека с жёсткими, торчащими в разные стороны волосами, похожими на сухую траву или кострику (ость колоса). Другое, менее распространённое значение — «упрямец», «ершистый», «костерящий» (бранящийся) человек. Оба варианта сходятся в одном: прозвище было нелестным, но цепким, описывало либо внешнюю неопрятность, либо неуживчивый нрав.

Суффикс -ев указывает на принадлежность: Костричев — сын Кострича. Модель образования типична для русского севера и центральных областей, где прозвища легко переходили в фамилии без дополнительных суффиксов вроде -ов. Сама основа «кострич» — это диалектное слово, которое в разных регионах звучало по-разному: костеря, кострика, кострига. Отсюда же пошли фамилии Костриков, Костерин, Костригин. Костричев стоит особняком — в ней сохранилась форма с мягким шипящим, что встречается реже и выдаёт конкретный говор.

Интересно, что в псковских и тверских говорах «кострикой» называли сорную траву или остатки льняной тресты. Если предок носил такое прозвище, он мог быть крестьянином, работавшим со льном, — грубый, колкий, как отходы льняного производства. Но более вероятно, что прозвище дали за внешность: человек с торчащими вихрами, похожий на взлохмаченный куст. В XIX веке фамилия фиксируется в основном в южнорусских и поволжских губерниях, что говорит о миграции носителей из центральной России.

Сословного барьера у фамилии не было. Костричевы встречались и среди крестьян, и среди мещан. В дореволюционных списках нет знатных родов с этой фамилией — она оставалась в народной среде. Сегодня она редкая, но не исчезла, что говорит о живучести прозвищной традиции: человек, которого когда-то обозвали «костричом», передал эту черту потомкам в виде фамилии.