Фамилия Козиндо — редкий пример того, как географическое название обрастает нетипичным для славянской традиции окончанием. В её основе почти наверняка лежит топоним Козино, а вот суффикс -до выдаёт нестандартный путь образования. Чаще всего такие фамилии встречаются у выходцев из Польши, где модель с суффиксом -do встречается в прозвищах и именованиях по местности.

Само Козино — старинное подмосковное село под Звенигородом. Впервые оно упоминается в начале XV века, когда князь Юрий Дмитриевич передал его игумену Савве Сторожевскому для монастырских нужд. Позже село вернулось в княжеские владения: удельный князь Андрей Васильевич обменял его на другие земли. Полтора столетия Козино числилось то в царском владении, то отдавалось в поместье. Известно, что одно время оно принадлежало вдове боярина Михаила Добрынского Домне и её сыну Семёну.

В Смутное время, в 1618 году, в селе располагались отряды польского королевича Владислава — любопытное совпадение для фамилии с польским следом. Дворцовым село оставалось до 1642 года, пока его не пожаловали боярину Борису Михайловичу Салтыкову. К концу XVIII века Козино насчитывало 40 дворов и 583 жителя, а владели им дочери адмирала Григория Спиридова — Дарья и Александра. В селе стояла деревянная церковь Николая Чудотворца, господский дом и фабрика, где ткали салфетки, скатерти и «русский канифас» — лёгкую полосатую ткань. Основным занятием крестьян была пилка леса.

Название Козино восходит к славянскому «коза». Такая модель типична для русских селений: по первому владельцу или характерному признаку местности. Но вот фамилия Козиндо — не русская по форме. Скорее всего, её принёс человек, который либо жил в Козино, либо происходил из него, а затем оказался в польской языковой среде, где фамилия получила местное оформление. Встречается также версия, что основа — не топоним, а прозвище Козинда, но она менее убедительна: слишком устойчива связь с конкретным селом.

Таким образом, носитель фамилии Козиндо, вероятно, ведёт род от выходца из подмосковного Козино, чья фамилия оформилась уже на польской почве — возможно, после переселения или в результате службы в Речи Посполитой.